Храм Шри Джаганнатха в Пури

 

Шрила Саччидананда Бхактивинод Тхакур

(впервые статья была опубликована 15-го сентября 1871 г.)

 

Нет такого индуса (хинду), который не слышал бы название этого Храма. Мужчины и женщины, раджи и крестьяне, здоровые и немощные, все, от мала до велика, посещали этот Храм [по крайней мере] из религиозного любопытства. В 301 мили от калькуттского дворца вице-короля, на океанском побережье [в Пури], стоит этот знаменитый Храм, который можно хорошо увидеть из бинокля с борта корабля, направляющегося в Бенгалию. Он стоит на платформе высотой десять метров над уровнем моря. Эта платформа размером 187,5 на 200 метров, из огромного цельного камня, скреплённого цементом. Высота самого Храма составляет 46 метров. Он построен в чисто индийском стиле. Паломник может увидеть возвышающийся купол этого Храма уже на расстоянии семи миль, где умный панда берёт с него рупию за показ святой Чакры. Храм этот был возведён Раджой Анангой Бхимадэвом около 800 лет тому назад, на месте старого Храма, который в то время уже начинал разрушаться. В старых документах мы находим, что этот Храм был стилизован под Ниладри или «голубой холм». Из этого явствует, что прежний Храм, который был, предположительно, воздвигнут Раджой Индрадьюмной, пришедшим из другой провинции, был голубого или тёмно-синего цвета. В противном случае мы не можем принять название «Нилачал», до тех пор, пока не допустим, что оно было дано в связи с холмом Нилгири, небольшим горным хребтом, пересекающим от начала до конца всю эту провинцию. В «Уткала-кханде» Пуран, «Ниладри Маходадхи» и «Матла Панджи» (книгах, которые бережно хранятся служителями Храма) утверждается, что индусы (хинду) поклонялись Джаганнатху с самых давних пор. Какой бы ценностью ни обладали различные высказывания, которые обычно приводятся, в любом случае мы верим, что Пури считался священным даже в те времена, когда писались Пураны, поскольку находим в копии «Вишну Пураны», сделанной Уилсоном, что Канду Риши посещал место, называемое «Пурушоттам» с целью пребывания там в священном созерцании (дхйан). Во всяком случае, Раджа Индрадьюмна, с которым обычно связывается вся эта история, жил задолго до Раджи Викрамадитьи, современника римского императора Августа (Октавиана). Мы уверены, что Пури – не такой древнейший город, как Бенарес или Гайа, которые упоминаются повсюду в Пуранах и «Махабхарате», но всё же Пури – это и не молодой город, возникший уже после начала христианской эры. Мы не можем принять то, что эта традиция произошла лишь из каких-то наивных религиозных убеждений, ибо не можем игнорировать великую мудрость тех людей, от которых впервые пришло представление о Джаганнатхе. Мы не претендуем на принадлежность к какой-нибудь религии или группе, ибо верим, что абсолютная Вера, основанная на врождённой любви к Богу, естественна для любой человеческой души.

 

В этом мире есть две наиболее значимые религиозные группировки, которые совершенно бессмысленно сражаются друг с другом. Одни из них заявляют: нет никакой нужды верить в то, что Бог имеет какой-либо облик, и тот, кто думает иначе, есть никто иной как идолопоклонник. Другие же считают, что Бог, по Своей доброте, являет Свой Облик людям набожным, дабы те могли поклоняться Ему. Но, по сути, и те, и другие не правы, ведь они сражаются на чисто материальной основе. Более здравым было бы считать, что Бог не обладает материальной формой и в то же время не является чем-то бесформенным, но является полностью Духовной Сущностью. Наше понятие о «форме» не выходит за рамки материи, следовательно, все наши позитивные и негативные суждения в этой связи также будут материальными. Поэтому те, кто поклоняются материальному образу, равно как и те, кто считают Бога не имеющим образа, являются идолопоклонниками и суеверными людьми, и потому для них никогда не будет возможным обрести представление о Духовной природе Божества. Сектанты подобного рода будут ненавидеть друг друга, но те, кто не имеет ничего общего с ними, не имеют причин для ненависти. Поэтому мы не можем, подобно слепым приверженцам идеи о бесформенности, считать все Божества, имеющие образ, чем-то не святым и придерживаться мнения, что поклонение не имеющему очертаний Божеству (Которое они отождествляют с чем-то таким, как вечность и пространство) является истинным поклонением Богу. Более того, мы считаем, что поклоняющиеся Духовному Богу в образе Божества (Шримурти) намного выше тех, кто просто верит в существование Бога, не имеющего очертаний, и считающих, что бесформенность является одним из качеств Духа. Дух не является Чем-то полностью противоположным материи, но, несомненно, это Нечто отличное от неё. В действительности, очень трудно точно определить, какое отношение имеет Дух к материи, пространству и времени, и это не дано нам знать. Будет великой ошибкой считать, что все противоположные качества материи, пространства и времени находятся в Духе. Поэтому нам необходимо найти несколько другие качества для определения Духа.

 

Любовь и мудрость – несомненно, духовные качества, которые не являются качествами материи, имеющими противоположную природу. Человек должен быть мудрым и любить Бога. Это и является религией души. Все споры относительно Сущности Бога (имеет ли Он Облик или нет) являются ничем иным, как сектантством. Пусть люди любят Бога мудро, т.е. духовно, независимо от того, направлены ли их глаза на Образ Бога (Шримурти), или они размышляют о Бесконечном, о таких категориях, как пространство. Когда поклоняется душа, то ум тоже находит себе занятие. Ум никогда не сможет понять то, что нематериально, поэтому для человека в его теперешнем состоянии чрезвычайно сложно избежать поклонения образу. Что делать человеку, если такова его судьба… Поэтому мы должны отнести значение поклонения образу к какому-то другому процессу. Отсюда мы заключаем, что тот, кто поклоняется статуе (идолу) как Богу (в данном случае не важно, имеет образ очертания или нет), является идолопоклонником; но тот, кто поклоняется Духу с мудрой любовью (как бы ни был он близок к поклонению образу или далёк от него), – поклоняется Духу. И мы пойдём ещё дальше – мы должны терпеть всех этих людей разных категорий, при условии если они искренни. Бог принимает поклонение всех тех, кто поклоняется своему Высшему Идеалу, независимо от того, считают они Его имеющим образ или нет, или же Он воспринимается ими как Дух (Брахман); и, помимо этого, люди обретают всё более и более чистое представление о Боге именно благодаря регулярной духовной практике, а не урывочными попытками [познать Его]. Тот человек, который насмехается над Высшим Идеалом ближнего, – именно он является идолопоклонником. У него нет сердечного отношения к своему брату, а, стало быть, и к Самому Богу. Война – словами или действиями – против тех, кто поклоняется Образу Бога, не является «священным крестовым походом», но скорее это исступлённый фанатизм, в котором нет любви, а есть лишь гнев, амбиции и чувство, совершенно противоположное филантропизму. Поэтому мы, при всех наших должных усилиях духовно поправить заблуждающихся братьев, готовы терпеть все виды (их) идолопоклонничества, начиная от поклонения бесформенному, и вплоть до поклонения человеку или материи как Богу. Мы против одних лишь атеистов, живущих в своё удовольствие. Все жаждущие обрести благословение Бога являются нашими братьями по вере, независимо от того, насколько они могут ошибаться в своих взглядах и способе поклонения. Сама Любовь к Богу, как бы она ошибочно ни понималась людьми, своей силой поднимает их всё выше и выше по лестнице духовного продвижения. Любви к Богу нет лишь там, где душа деградирует. И лишь те, кто не любят Бога, идут в противоположном от нас направлении и являются объектом жалости верующих всех категорий. Да спасёт их Господь.

 

Мы привели эти суждения, руководствуясь желанием показать, что мы беспристрастно исследуем традицию поклонения Джаганнатху и не имеем никакой ненависти к «иконоборцам» (противникам поклонения образу Бога, не готовым понять философию Пурушоттам-Таттвы, Истины о Высшей Личности), то есть к тем, кто из-за своей близорукости спешно пытаются «реформировать» нашу страну. Традицию поклонения Джаганнатху понимают двояко, совершенно различным образом. Суеверные и невежественные люди считают идолопоклонством эту традицию поклонения в Храме Образу Всемогущего Бога. И они полагают, что Он явился в Своём вырезанном из дерева Образе лишь ради спасения урийев (ориссцев, жителей земли Орисса). Однако Сараграхи-Вайшнавы (посвятившие всю свою жизнь Господу и видящие во всём только Суть) считают эти Божества проявлением Вечной Истины, Которую объяснил в «Веданта-Сутре» Вьяса. Посреди храмов, в которых находятся божества Бималы, Шивы, Ганеши и Сурьи, возвышается огромный Храм Джаганнатха. Тем, кто по-философски глубоко исследовал систему индуистской теологии, должно быть хорошо известно, что её составляют пять различных видов веры. Первый из них – Шактизм, или поклонение природе как Богу. Второй – поклонение Сурье или Солнцу, которое отождествляется с жаром (теплом) – единственным активным элементом безжизненной материи. Третий учит человека поклоняться Духу в Его самой непривлекательной форме развития, то есть  в образе животных, стоящих ниже человека. В данном случае объектом поклонения является Ганеша, человеко-слон. На четвёртой стадии индуизма объектом поклонения является человек. Душе, достигшей завершённости своего развития в теле человека, поклоняются как Шиве, в котором, как объясняется, человеческие души сливаются после освобождения. И только на пятой стадии индуистской теологии воспринимается и является Объектом поклонения Сам Безграничный Господь, отличный от человеческой души. Вот здесь-то и начинается Вайшнавизм. В этих пяти стадиях прослеживается вся история теологии индуизма (хинду) и, более того, вся история теологии в целом. В них включены все формы воззрений и верований, появившиеся со времён сотворения человека. Назовите любое вероучение, которое когда либо было раскрыто человеком, и мы, без каких-либо трудностей, сможем классифицировать его в одну из этих пяти стадий, а именно: материализм, элементализм, фетишизм, поклонение человеку и поклонение Богу.

 

Это философское обобщение всех систем веры, и, по сути, оно не поощряет людей верить в какую-либо из них, кроме последней. Посетитель Храма Джаганнатха получает там наглядную демонстрацию этих систем веры, каждая на своём положенном месте. И после этого он видит Храм Самого Джаганнатха в центре всего храмового комплекса. Именно поэтому сейчас мы будем говорить исключительно о Джаганнатхе.

 

Мы не раз были благословлены возможностью войти в святая святых этого Храма и, приблизившись к внутренним сандаловым вратам, могли увидеть в главном храмовом зале Престол (Алтарь), на котором пребывают четыре различных Образа: Джаганнатх, Баларам, Субхадра и Сударшан. Согласно Веданте, Бог – Один, и нет Ему равных, но Он также обладает бесконечными энергиями и качествами, которые до конца не известны человеку. Человек может воспринять только три энергии Бога, поскольку не имеет необходимого видения для восприятия других. Одна из этих энергий является источником материи во всём своём разнообразии, и эту энергию Бога называют Майа Шакти. Из второй энергии Господа происходит всё духовное бытие, со всеми её отношениями и фазами, и она носит название Джива Шакти. Третья энергия, доступная восприятию человека, – это энергия Воли Господа, и она носит название Чит Шакти. Благодаря этой бесконечной энергии Бог движется по Своему (бескрайнему) творению. Джаганнатх представляет Собой тот Образ Бога, Который имеет только глаза и руки. Это означает, что Бог всё видит, всё знает и всё творит. Баларам является Источником Джива Шакти Бога; Субхадра – Майа Шакти, а Сударшан – энергии Воли Господа. Невозможно представить себе Бога, отделённого от этих энергий, поэтому настоящее поклонение Джаганнатху зависит от присутствия всех этих Образов на том же Престоле. Здесь мы видим Бога, выраженного в этих Образах, для тех, кто хочет воспринять Его. Лицезреть Джаганнатха есть нечто подобное изучению Веданты со всеми её разделами. Этот Храм с его традицией представляется мне книгой для тех, кто может её читать; глупцы же, несомненно, не видят в этой традиции никакой пользы для себя, за исключением, быть может, напоминания им о Божестве, сотворившем этот мир.

 

Есть ещё одна особенность в этом Храме, которая философски объясняет превосходство Джаганнатха над всеми другими традициями индуистов (хинду). Мы имеем в виду традицию распространения Махапрасада. Рис, поднесённый Джаганнатху, продаётся паломникам на (Ананда) Базаре, [что находится на территории Храма]. Брахманы и кшатрии, Вайшнавы и шакты, санньяси и грихастхи – все принимают его без каких-либо колебаний. Брахманическая аристократия не имеет довлеть в этом Храме. Это показывает, что когда люди обретают мудрость, им больше незачем подчиняться глупому диктату [кастовых] брахманов, который в основном предназначен для тех, кто сами неспособны  начертать для себя путь и двигаться по нему. Как только человек признаёт превосходство Любви к Богу над всеми системами правил и предписаний, он больше не обязан действовать в соответствии с теми Шастрами, которые предназначены для людей более низкого уровня. Общие законы Дхарма-Шастр, составленные Ману и Йагьявалкьей, не имеют влияния на свободных Вайшнавов, являющихся личным воинством Господа в «крестовом походе» против зла. Традиция распространения Махапрасада не только символизирует превосходство жизни Вайшнавов, но также является частью такого поклонения, которую обычные верующие не могут понять полностью. Обычный человек всегда больше склонен сохранять превосходство рассудка над интуитивными, внутренне присущими человеку чувствами к Господу Любви. И теперь мы должны представить здравые аргументы в пользу того, что наши интуитивные, внутренние чувства подводят нас к следующему: чтобы всё, что мы принимаем в пищу, вначале предлагать Господу нашего сердца.

 

Прежде всего, давайте исследуем аргументы оппонентов. Рационалист считает, что Бог бесконечен, и что Ему ничего не нужно. Следовательно, было бы глупо предлагать Такому Существу какую-либо пищу. Рационалист посчитал бы даже кощунством предлагать Творцу сотворённое и тем самым низводить Божественность Бога до человеческого уровня. Действительно, это разумные аргументы, и тот, кто слушает их, неизбежно будет склонен возглашать другим: «Долой Махапрасад!» Эти выводы, тем не менее, как бы они ни были разумны, – сухи и разрушительны. Они содержат в себе возможность лишить нас всех наших отношений с Богом в виде поклонения. Когда вы заявляете, что Бесконечное не нуждается ни в чём, тогда вы также перечёркиваете все свои молитвы и размышления о Нём. Ведь Бесконечное не нуждается в вашем выражении благодарности или, другими словами, лести. И произнося слова Тому, Кто ничем не обусловлен, вы неизбежно низводите Его до обусловленного существа. Славящие Бога гимны, молитвы, проповеди – всё излишне. Закройте двери храма или врата церкви, потому что наши рационалисты советуют вам сделать именно так. Верьте лишь в творческие принципы, и вы исполните свой долг… О, какой позор! Какое ужасное падение! Верующие, теисты! Берегите себя от подобных опасных взглядов.

 

Теперь рационалист появляется перед нами в другой личине и всё же допускает молитвы, проповеди, псалмы и посещение церкви, говоря, что они нужны для усовершенствования души, но Сам Бог совершенно не нуждается в них. Мы рады тому, что рационалист сделал шаг нам на встречу, и надеемся, что со временем он приблизится ещё больше. Да, прогрессивный рационалист допустил пользу весьма обширного принципа в теологии, гласящего: что бы мы не делали по отношению к Богу, предназначено для нашего личного блага, а вовсе не для Бога, Которому совершенно ничего не нужно. Наш рационалист всё ещё остаётся рационалистом и будет оставаться таковым до тех пор, пока ищет почвы для личных интересов. Нам достаточно хорошо известно, что каждая религия обещает даровать вечное счастье человеку, и что невозможно представить какую-либо религию, которая не основывалась бы на личных интересах человека. От этого суждения, однако, веет утилитаризмом, и поэтому он никогда не может быть относиться к теизму. Мы должны любить Бога ради Бога, как бы безрассудны ни были наши поступки. В нашей любви не должно быть никакой личной корысти. Эта любовь должна быть естественным чувством по отношению к Божеству как к своему Возлюбленному, но не на основании разума или личного опыта. Спасение, столь желанное для нас, не должно быть целью этой любви; не говоря уже о других видах счастья. Любовь к Богу – вот единственная награда. Спасение будет служанкой этой любви как естественное следствие её, но мы не должны ставить её главной целью наших устремлений. Если рационалист будет готов поверить в это, то он станет теистом уровня Вайшнавов; но просто назваться «Вайшнавом» ещё не достаточно. Хотя мы порядком осведомлены о том, что безусловность не приемлет каких-либо условий, всё же наш святой и сладчайший принцип Любви принимает совершенно противоположное видение. Рассудок говорит одно, но Любовь предписывает противоположное. Рассудок говорит, что Бог не печалится, но Любовь видит Его в слезах по тем Его сынам, которые в своём невежестве вошли в грех. Рассудок говорит мне, что строгие законы Бога совершенно непредвзято награждают и карают меня, но Любовь открывает то, что Бог смягчает Свои законы для кающейся и любящей души. Рассудок убеждает меня в том, что каким бы ни был совершенным человек, он никогда не сможет соприкоснуться с Абсолютным Богом; но Любовь подсказывает, что когда душа преображается в состояние духовной женственности, Бог, как бы безусловен Он ни был, заключает вечный союз с ней. Рассудок говорит мне, что Бог является бесконечным пространством и временем, но Любовь утверждает, что Всепрекрасный Господь может сидеть перед нами, подобно почтенному Родственнику и испытывать всевозможное наслаждение от общения. Бог раздаёт всевозможные изысканные яства по всей Земле, чтобы Его сыны могли собирать их для своего блага; но Его любящие дети собирают их и, без всякой видимой разумной причины, движимые одной лишь своей сильной, святой, беспримесной любовью, предлагают их все своему Отцу, Которого они любят больше самой жизни. В ответ на их чувства, Отец вновь даёт им то, что получил от них, и говорит им такие ласковые слова: «Дети Мои, эти дары предназначены для вас. Из своей чистой любви вы принесли их Мне, дабы Меня порадовать; но у Меня достаточно всего. Однако Я принял часть ваших подношений, которая предназначалась для Меня, то есть вашу беспримесную Любовь и бескорыстную Преданность – Я нуждаюсь лишь в этом. Возьмите назад все эти явства и наслаждайтесь ими». Этот процесс, основанный на бескорыстной Любви, которую сухой рассудок никогда не сможет понять, освящает пищу и дарует нам невинное наслаждение на все дни нашей естественной жизни в этом мире. Это процесс искреннего поклонения, в котором только теисты высшего уровня могут принимать участие. Мы не способны передать ту радость, которую мы испытываем всякий раз, когда принимаем святой Махапрасад в Храме. Каждый раз мы ощущаем святость и Божественную сладость Махапрасада, поэтому мы постоянно молимся о том, чтобы все люди тоже могли радостно ощутить эту святую сладость.

 

В Сараграхи-Вайшнаве [Преданном, видящем Суть повсюду] Храм вызывает такое трепетное чувство, имеет для него такую притягательность, что заурядный рационалист никогда не сможет понять этого. Однако мы не ставим своей задачей доказать, что рассудок является глупым принципом. Напротив, вы, пожалуй, не найдёте большего поклонника рассудка и здравого смысла, чем ваш покорный слуга. Мы считаем, что превосходство человека над всеми сотворёнными существами состоит в обладании возвышенным даром – рассудком. Но вот то, что мы хотим показать: помимо этого превосходного принципа в человеке находится также и другой, более высший дар, который называется «Любовь». Рассудок помогает Любви устремляться к её естественным положению в Духовном Мире, ведь здесь, в этом мире, Любовь зачастую имеет склонность, направляясь на объекты отличные от Бога, принимать низкие формы: вожделение к женщинам, вину, мясу и золоту (деньгам). В такой ситуации рассудок будет подсказывать ей как подниматься выше, пока она не достигнет сферы своего истинного обитания. Таким образом, мы находим, что задача рассудка – помогать Любви, а не создавать её. Рассудок может быть справедливо назван слугой Любви; он должен быть всегда подчинён ей, во всех её ожиданиях, устремлениях и во всех её святых деяниях. Рационалист же, напротив, считает рассудок всем и вся. Это и приводит человечество к деградации. С другой стороны, прогрессивный рационалист, верит в принцип Любви, но пытается сделать её служанкой рассудка. Это ещё одна ошибка. Он делает из духовной Любви узницу в тюрьме рассудка. Любовь жаждет парить на своих духовных крыльях в Ту Обитель, куда не сможет проникнуть этот тюремщик (рассудок), а он пытается накрепко связать её крылья, боясь, что она попадёт в какое-нибудь неподходящее место. Любовь подаёт звуки присущего ей духовного свойства, но рассудок, не имея должного в этом опыта, ошибочно принимает их за болезнь и предписывает лекарство для её излечения. Таким образом, врождённая сила «царицы» нашей души калечится искусственным руководством сухого рассудка, и она остаётся в нас так, словно птица, посаженная в клетку. Какой же хаос возникает, когда рассудок злоупотребляет своей силой! Позор этому рационалисту! Боже, помоги людям! О верующие, теисты, берегитесь тех среди вас, кто, входя в вашу среду, принимает только одно название верующего (теиста), но в действительности являются необычайно сухими рационалистами. Они делятся на два класса: притворяющиеся и жертвы. Притворяющийся теист – это тот, кто, будучи в действительности рационалистом, называет себя теистом для того, чтобы своим дурным влиянием сбивать с пути искренние души. А тот, кто называет себя теистом, чтобы избавиться от репутации рационалиста, но всё ещё держит свою Любовь в подчинении у рассудка, становится его жертвой, поскольку не может найти своего истинного положения. Однако искренний теист должен быть внимательным с этими двумя категориями людей и всегда сохранять превосходство Любви над рассудком и его «приятелями».

 

Теперь мы хотим показать каким образом те, кто позволяет своей Любви деградировать, не принимая во внимание правильные советы рассудка, опускаются до грубого идолопоклонничества и суеверия. Храм Джаганнатха находится под началом местного раджи в Пури, которому глупые люди поклоняются как «воплощению Божества». Под руководством раджи находятся тридцать шесть категорий служителей Храма, которые также именуются ччхатриша нийога. В Храме также есть шестьсот семей суаров (супакаров), или тех служителей, которые готовят в Храме. Нет необходимости перечислять здесь все категории служителей.  Некоторые панды, парихари, пашупалы и суары отправляют своих посыльных в разные части Индии, чтобы созывать паломников в Храм. Эти посланники (или гомастхи, как их ещё называют) ходят по разным местам, посещают почтенных людей этих мест и раздают им сладости (Махапрасад), сообщая о том, что готовы принять попечительство во время их паломничества в Пури. Таким образом, передвигаясь с одного места на другое с возгласами «Хари бол!» они собирают большое количество душ (среди которых большинство – женщины пожилого возраста). Мы должны признать, что панды и их гомастхи (которые обычно выходцы из кайастх) принимают на себя огромные трудности ради паломников и иногда даже дают им деньги на дорогу в долг. Бенгальские паломники (джаттри) обычно посещают Пури в праздники Снана-йатры и Ратха-йатры, но местные жители этой земли (Ориссы) посещают Пури постоянно. Когда паломники достигают Пури, тот панда, который отправлял за ними посыльных, встречает их с Махапрасадом на берегу озера Нарендра-саровар, расположенного в том месте, где начинается город. Прибывшие паломники в тот же день посещают Храм, чтобы получить даршан Шри Джаганнатха, а на следующий день, или день спустя, совершают ритуал, именуемый панча тиртха. Этот ритуал включает в себя омовение в Маркандея- и Индрадьюмна-сароварах, а также в океане, и после совершения обряда шраддх в этих трёх местах, они получают даршан символов Шри Джаганнатха и Баларамы в Храме. Всё это время панда хранит молчание, но в последний день он принимает все меры, чтобы паломник дал ему всё, что у того есть при себе [то есть деньги], а иногда, в зависимости от положения паломника, даже берёт с него обязательство на пожертвование ему конкретной суммы в будущем. В этот день панда со своей обычной серьёзностью приводит паломника на высокую крышу северной части Храма, называемой Коили Вайкунтха, и там произносит свои изречения маха-вакйа и шуфала с одной лишь целью – склонить паломника заплатить ему всем тем, что они имеют при себе. После этого паломник возвращается к себе домой с пустыми карманами, имея при себе лишь коробку пурийских сладостей и несколько грубоватых картинок, на которых нарисован якобы Джаганнатх.

 

В действительности, подобные храмовые служители ничем не лучше тех брахманов-священников, которые воспринимают сферу Божественного лишь как средство для своей наживы. И те, и другие бывают крайне грубы в своём поведении, и, кроме того, они весьма невежественны в индуистской теологии. Такие люди никогда не стремятся к обучению или преподаванию, а лишь постоянно блуждают в поисках денег. Большинство из таких «служителей» любят выпить спиртного, приготовленного из бханга, и, как следствие этого, почти у всех из них опухают ноги, что зачастую приводит к такой стадии болезни ног, которая называется элефантиаз («слоновья болезнь»). Несмотря на все свои значительные доходы, такие «служители» Храма никогда не могут сохранить это богатство в силу своей крайней небрежности. Помимо «служения» в Храме они также содержат место, именуемое акхра, где встречаются вместе, чтобы пить бханг, а затем петь и танцевать с юношами, одетыми в женские одежды. Поскольку эта статья уже превысила предполагаемые размеры, мы просим вашего позволения на этом завершить её, а в нашей следующей статье мы постараемся дать вам более полный отчёт обо всех акхрах в Пури.*

________________

* Прим. ред. – Как видно из этой статьи, Шри Бхактивинод Тхакур отчётливо разделяет две вещи: различные виды злоупотребления Религией недобросовестными людьми, не имеющими к ней отношения, и саму Религию вместе с истинными верующими, её носителями. Будучи высокопоставленным государственным чиновником, Бхактивинод Тхакур в конце 19-го века несколько лет служил в городе Пури и в Храме Шри Джаганнатха и боролся против различных отклонений в религиозной сфере. Сам Бхактивинод Тхакур был почитаем и простыми людьми, и просвещённым духовенством как настоящий Преданный Господа Шри Джаганнатха. Кроме того, следует отметить, что указывая в конце статьи на недобросовестных служителей (которые не редкость в Кали-югу – железную эпоху обмана и лицемерия), он не имеет в виду, что абсолютно все служители в Храме Джаганнатха относятся к такому разряду, ведь это было бы неправдой. В этом Храме несколько тысяч служителей, и среди них есть настоящие брахманы и Вайшнавы, которые достойны почитания.

 

                                                                                             

кено ар коро двеш, видэши-гйана-бхаджанэ /

Почему (же до сих пор ты) ещё питаешь неприязнь к тому,

как поклоняются (Богу) и понимают (Его люди) других стран?

бхаджанэро линга нана, нана дэше нана гйанэ //

(Есть) много видов поклонения, (и) в каждой стране есть своё (об этом) понимание.

кехо мукта-качче бхадже, кехо ханту гари’ пудже /

Кто-то (Богу) на открытой местности поклоняется; кто-то, преклонив колени, Ему поклоняется;

кехо ба найана муди’ тхаке браммо-арадханэ //

кто-то с закрытыми глазами пребывает в поклонении Брахману;

кехо джогасанэ пудже, кехо сонкирттонэ мадже /

кто-то в йога-асане (Ему) поклоняется; (а) кто-то – в совместном пении Его Святых Имён,

сакале бхаджичче сэи эк-матро кришна-дхонэ //

(но, по сути), все они поклоняются одному только (Богу), Этому Сокровищу – Шри Кришне.

отоэво бхратри-бхаве, тхако собэ су-садбхавэ /

Поэтому по-братски живи вместе со всеми в настроении истинной дружбы

хари-бхакти садхо сада, э дживонэ ба маронэ //

(и) преданное Служение Господу Хари постоянно совершай как при жизни, так и в час смерти!

(Шри Бхактивинод Тхакур)

 

Yd «Парамартха», номер 1 (октябрь 2006)